Почему я возбудил уголовное дело в отношении Горбачёва М.С.

Ответ на актуальные вопросы нынешнего дня, поставленные новым поколением людей.

Действительно, 4 ноября 1991 года, будучи Начальником Управления Генеральной прокуратуры Союза ССР по надзору за исполнением законов о государственной безопасности, я возбудил уголовное дело в отношении президента СССР М.Горбачева за измену Родине. Это было в моей компетенции, для этого были и объективные основания. Однако продолжения расследование дела не получило. Бывший Генеральный прокурор СССР Н.Трубин отменил мое решение, а я был уволен со службы.

Причины, которые заставили меня возбудить уголовное дело в отношении Горбачева за измену Родине, не носят личностного характера, как некоторые хотели бы видеть. Мне не приходилось общаться с ним, хотя мы один раз и обменялись рукопожатиями.

В Горбачеве тех лет уживались как минимум три лица: Горбачев начала перестройки, Горбачев ее апогея и Горбачев реального распада Советского Союза.

Первый − действительно всколыхнул страну, объявив курс на обновление, курс, который был положительно воспринят.

Второй − после того, как огромные массы людей пришли в движение, вдруг обнаружил, что не знает, куда их вести, а может быть, не хотел и не мог. Время действий сменилось пустой говорильней, шараханьем из стороны в сторону, топтанием на месте, распадом экономики и государственности.

Третий − оказавшись в состоянии депрессии и без всякой опоры в массах, полностью выпустил руль управления страной. Неимоверно быстро скатился вниз, к финалу своей карьеры, однако, и падая, продолжал разрушать некогда могучее государство.

Трагедия политика Горбачева, склонного к постоянным компромиссам, безвольного и удивительно поддающегося влиянию извне, заключается в том, что он на седьмом году правления оказался ненужным ни правым, ни левым. Он потерял всякую поддержку в массах, и те отвергли его.

О Горбачеве еще будут говорить, и мнения могут быть самые разные.

Запад, например, уже назвал его человеком конца XX века. Немцы нарекли Горбачева «великим немцем». Это их оценки. Но могут ли так назвать своего, пусть бывшего, но все-таки президента русские и армяне, украинцы и азербайджанцы, буряты и молдаване, татары и мордва? Нет, не могут. Слишком много бед и несчастий обрушилось на них в горбачевскую “эпоху”. Ожидаемое от перестройки обновление обернулось для многих большой трагедией. Реальностью стала гражданская война в Закавказье, в Молдавии, Таджикистане.

Поэтому главное обвинение Горбачеву все-таки должно быть сформулировано в сфере национальной политики − за развал государственности.

Горбачев, начав “раскапывать старые могилы”, забыл, что они дурно пахнут, и от этого зловония могут задохнуться окружающие. При его правлении весь Союз превратился в археологические раскопки. Правда, никто не подумал о том, где складывать “находки”, как потом проводить границы, делить территории и людей разных национальностей и вероисповеданий, давно перемешавшихся между собой.

Горбачев не заметил, как он постепенно, вкупе с националистами и постоянно потакая им, вырыл для всех нас огромную яму.

Именно они в борьбе за политическую и личную власть умело разыграли очень тонкий, очень болезненный национальный вопрос. Именно на спекуляциях вокруг него они, именуя себя демократами, пришли к власти в Грузии и Армении, в Прибалтике и Молдавии, в других регионах. Это была цель, и ради нее забыли о мире на земле, о благополучии народа, который, ввергнув в пучину междоусобиц, вновь предали.
Национальные распри, как цепная реакция, покатились по Союзу, начавшись с карабахских событий.

Прими тогда Горбачев вместе со своим политическим окружением твердое решение по НКАО, потуши в самом зародыше начинавшийся пожар, уверен, удалось бы избежать распада страны в целом, гибели сотен, тысяч ни в чем не повинных людей.

А потушить можно было.

Я хорошо знаю и помню события в Закавказье, ибо длительное время возглавлял там следственные группы по расследованию преступлений, совершенных на почве межнациональной розни. Общался с сотнями беженцев, как из Армении, так и из Азербайджана, избитых и обобранных «до нитки». Видел глаза детей, наполненные ужасом и страхом. Нельзя без содрогания в сердце видеть и слышать об этих трагедиях.

Так называемые горбачевские переживания в Форосе в сравнение не идут с болью и страданиями тысяч людей, живущих в Закавказье.

Настоятельные предложения бывших КГБ, МВД и Генеральной прокуратуры Союза ССР о силовом разоружении вооруженных формирований в Закавказье не находили поддержки.Мы были убеждены, что разоружать надо. Если бы тогда, в 1989 году, в этом вопросе руководство страны проявило твердость, возможно, удалось бы избежать гражданской войны в Закавказье.

Наверху опасались, что насильственное разоружение с использованием воинских формирований будет сопряжено с кровью. Это действительно так, ее не удалось бы избежать. Но была бы пролита кровь самих бандитов, виновных лиц. Сейчас же все чаще бандиты проливают кровь невинных людей, женщин и детей.

Для России не осталось бесследным и “заигрывание” Горбачева с автономиями. В противостоянии с Ельциным, пытаясь ослабить его позиции, он пошел на то, чтобы автономии также участвовали в обсуждении и подписании Союзного Договора как равноправные субъекты Союзной Федерации.

Я уверен, что Горбачев сделал роковой для страны шаг, пойдя на обсуждение и подготовку нового Союзного Договора, который использовали как ширму для развала всей государственности. Конечно, так поступил не только он один, но и республиканские лидеры.

Все дело в том, что за время перестройки у нас в обществе набрали силу те, кто однозначно заявил об ошибочности выбора, сделанного в 1917 году. Поэтому они начали и интенсивно продолжают процесс демонтажа прежней системы и замены ее на старые капиталистические отношения. Те, кто организовал и возглавил этот процесс, хорошо поняли, что покончить с ранее закрепленным в конституциях страны и республик общественным строем сразу во всем Союзе неимоверно сложно и, может быть, невозможно. Поэтому Союз решили расчленить на части и реставрировать капитализм отдельно в каждой республике.

Мысль об отказе от союзного договора 1922 года мне все больше и больше напоминает “троянского коня”, с помощью которого начались деструктивные процессы.

Не случайно в это же время три Прибалтийские республики потребовали предоставления им экономической самостоятельности. Там хорошо понимали, что разрушение единого государства, независимо от того, под какими благовидными формами оно произойдет, даст Латвии, Литве и Эстонии возможность без проведения всенародного референдума выйти из Союза. Идею о новом договоре подхватили, обосновали теоретически и довели до абсурда, до отказа от Союза вообще.

В Харькове на съезде демократических партий, состоявшемся в январе 1991 г. накануне Всесоюзного референдума о будущем нашего государства, однозначно решили: “нет референдуму”, “нет Союзу”. Против референдума и Союза в то время выступили Б. Ельцин, А. Собчак, Г. Попов, С. Станкевич и другие лидеры “демократических” течений.

Как известно, создание СССР провозглашено 30 декабря 1922 года в составе РСФСР, УССР, БССР и Закавказской республики, в последующем к нему присоединились другие республики. На базе соглашений об образовании Союза и вхождения в него были приняты конституции СССР 1924,1936 и 1977 годов, а также республиканские конституции.

Союз был скреплен юридически и, самое главное, для большинства людей он стал необходимостью, жизненным пространством. Правда, оппоненты заявляют, что старый Союз ряд республик не устраивал; возникло много споров, разногласий, в том числе по причине засилья в нем Центра.

Однако еще и еще раз необходимо было все трезво оценить и взвесить. Во-первых, нельзя путать волю народа с волей политических деятелей. Только народ, нации, а не парламенты и президенты имеют право на самоопределение. Что касается воли большинства граждан, то она твердо была высказана на референдуме 17 марта 1991 года, люди хотели жить в едином Союзе.

Во-вторых, если возникла необходимость его обновить, перераспределить полномочия между центром и республиками, то это следовало бы сделать путем внесения изменений в конституции, разработки и принятия других законов. Если же кого-то Союз не устраивал, то из него можно было выйти, но опять-таки в соответствии с конституциями и иными нормативными актами, через референдумы в республиках. Правовая база для этого создана. Сами же референдумы по вопросу проживания в Союзе недопустимо было подменять голосованием за независимость: это несопоставимые понятия.

И неплохо бы еще раз всем нам заглянуть в материалы, закрепляющие образование нашего Союза в двадцатых годах. Записанные в них положения по своей значимости и смыслу были и остаются прогрессивными, юридически выверенными и точными. Есть чему и поучиться. Сам же Договор 1922 года не предусматривал процедуры подписания нового Договора или его денонсации. Возможны лишь два варианта: уточнение, изменение отдельных конституционных положений или выход из Союза конкретной республики.

И здесь естественно возникает весьма закономерный вопрос. Мог ли Горбачев, имея, конечно, желание и волю, не допустить развала Союза? По моему мнению, ответ должен быть только утвердительный. Да, мог.

Идеи единого союзного государства были сильны в Верховном Совете СССР, а также у съезда народных депутатов страны.

За Горбачевым оставались еще армия и правоохранительные органы. И самое главное − Союз нашел большую поддержку на референдуме в марте 1991 года. Что еще надо для лидера? Только желание сохранить страну. Желание и волю, волю и конкретность
Однако сейчас все больше и больше убеждаешься, что этого стремления у Горбачева не было. Были пустые, длинные речи, топтание на месте. В результате союзная государственность вопреки мнению большинства народа оказалась разваленной.
Разваливать начали с хорошо организованной и глубоко продуманной кампании дискредитации опять-таки армии, КГБ, прокуратуры.

МВД разложить не представляло большой сложности. Достаточно поставить во главе этого ведомства “демократа” − дилетанта В. Бакатина, и цель достигалась без особых усилий.

С другими оказалось сложнее. Армию разлагали, травили, унижали и оскорбляли со всех сторон и по любому поводу, начиная с тбилисских событий и кончая спекуляциями вокруг, в общем-то, здорового движения солдатских матерей. В тбилисских трагедиях оставил свой след и Собчак. Сколько гнева, сколько молний обрушил он на командование Закавказского военного округа, на Министерство обороны страны фактически за то, что тогда 9 апреля 1989 г., благодаря использованию солдат удалось предотвратить страшную бойню. Тогда остановили большую беду, потом не смогли, армия вынуждена была занять нейтралитет.

Нападки на прокуратуру сопровождались сменой ее руководителя. За три года в кресле генерального прокурора побывали три лица.

КГБ СССР расчленили, раскрыли методы разведывательной и контрразведывательной деятельности. Из страны хлынул поток утечки секретной стратегически важной государственной информации. Не знать о нападках на армию, правоохранительные органы Горбачев не мог. Мы об этом ему частенько докладывали. Однако он фактически ничего не сделал для предотвращения развала государственных структур. Он предавал своих бывших друзей, единомышленников, которых еще совсем недавно уверял в своей дружбе и верности. Предал коммунистов в ГДР и Чехословакии, Польше и Монголии, в Прибалтике и Грузии, в Армении и России. Он предал целиком всю партию. Предал Рубикса, Хоннекера, предал рижский ОМОН, прокурорских работников в Литве и Латвии, до конца оставшихся верными Союзу и законности. Такого предательства мир еще не знал.

Будучи предателем по своей натуре, он сколотил себе и такое же окружение из таких же перевертышей: А. Н. Яковлева, А. Собчака, Г. Попова, В. Бакатина, Э. Шеварднадзе и других.

Эти люди известны у нас в стране своим лицемерием, лживостью проповедуемых идей.
Они много и долго твердили и продолжают твердить о крахе социализма, о несостоятельности самой социалистической идеи. Конечно, за годы перестройки социалистический уклад жизни так раскачали, так опошлили, что у людей действительно появились сомнения и разочарования в нем. Но ведь за многие годы разрушений можно вызвать отторжение от любой идеи. Социализм не строили, его уничтожали и делали это весьма искусно.

А потом, будем откровенны, мог ли социализм торжествовать, процветать и успешно шагать дальше, когда организаторами и руководителями его “построения” в стране на протяжении десятков лет были откровенные и скрытые его враги типа Горбачева, Ельцина, Шеварднадзе, Яковлева и других? Конечно, не мог.

В то же время мы хорошо помним возможности и достижения социализма. Что бы ни говорили, а страна была второй в мире. Имела самые надежные гарантии социальных прав людей. Шагала вперед так, что на Западе возникали чувства глубокой обеспокоенности, растерянности и определенного смятения.

В 1989 году, после назначения на должность начальника управления по надзору за исполнением законов о государственной безопасности, я получил доступ к обширной информации о событиях в Союзе, в том числе и закрытого характера.

В управление усиленно стали поступать обращения граждан некоренной национальности, а также военнослужащих из Прибалтики. В них сообщалось о грубых нарушениях жилищных, трудовых прав. Такие обращения участились после принятия в 1990 году Литвой Латвией и Эстонией деклараций о независимости, которыми приостанавливалось на их территории действие союзных законов.

Так называемые народные фронты, саюдисты, комитеты за освобождение и прочие сумели полностью взять под свой контроль средства массовой информации.
Антисоветскую кампанию поставили на широкую основу, в нее включились на государственном, правительственном уровне. В руководстве компартий республик, в законодательных и исполнительных структурах вызревало откровенное предательство не только союзных идей, но и интересов собственного народа.

Однако вместо принятия решений шло заигрывание с сепаратистами. Более того, эмиссаром в Прибалтику Горбачевым был направлен А. Яковлев, человек, который, как я полагаю, никогда не был поборником союзной государственности, да и российской тоже. Известны его доклады по возвращении из поездок, суть которых в том, что в Прибалтике идут нормальные здоровые процессы и ни о каком выходе из Союза никто там не ведет серьезных разговоров. Его дезинформация в конечном итоге обернулась нарушением границы, территорий, забвением прав и свободы сотен тысяч проживающих там людей.

После августовских событий в стране начался государственный переворот, весьма утонченный, весьма коварный и разрушительный. Горбачев и Ельцин взяли в нем на себя роль первых скрипок.

6 сентября 1991 года в средствах массовой информации промелькнуло сообщение о признании Государственным Советом СССР независимости Латвии, Литвы, Эстонии. Это произошло буквально на следующий день после окончания работы V внеочередного съезда народных депутатов СССР. И что еще примечательно, после того, как 5 сентября Буш заявил о признании независимости названных республик, Горбачев заторопился. Он не мог ослушаться, отстать от американского президента, бывшего шефа ЦРУ, поэтому и подписал постановления ГС-1, ГС-2, ГС-3 о независимости республик.

При поступлении текстов постановлений к нам в управление я поручил их тщательно изучить и высказать суждение об их правомерности. Изучали несколько сотрудников, однако вывод у всех был однозначный − постановления не соответствуют Конституции СССР и Закону СССР “О порядке решения вопросов, связанных с выходом союзной республики из СССР”, принятому 3 апреля 1991 года.

В республиках Прибалтики не проводились референдумы по поводу выхода из СССР, они были подменены или опросом населения, или голосованием за независимость республик. Не был установлен и переходный период для рассмотрения всех спорных вопросов. Кроме того,Государственный Совет под руководством Горбачева М. С. превысил свои полномочия и принял решение по вопросу, относящемуся к компетенции Верховного Совета СССР.

4 ноября 1991 года я принял твердое решение о возбуждении уголовного дела в отношении Горбачева за измену Родине. Скажу сразу, что я не посвящал в это никого из своих сотрудников. Я знал, какой гнев, какой карающий меч может обрушиться после этого. Поэтому и решил все сделать сам, не подставляя под удар других.

Для наступления уголовной ответственности не всегда достаточно только лишь самого факта нарушения закона. Необходимы последствия в виде причинения существенного ущерба. Они были в то время и сейчас налицо: нанесен огромный ущерб суверенитету, территориальной целостности, государственной безопасности и обороноспособности страны. Кроме этого, было совершено откровенное предательство некоренного населения, ему причинен материальный и нравственный ущерб, за который тоже необходимо нести ответственность. В Прибалтике многих людей превратили в людей второго сорта, о которых, несмотря на свою клятву, забыл президент.

Горбачев умышленно пошел на нарушение Конституции. Проекты постановлений готовились при непосредственном его участии. Он вынес их на рассмотрение Госсовета и участвовал в их обсуждении, да и сами решения скреплены его подписью.

Мог ли Горбачев поступить иначе? Конечно, мог и должен был это сделать. Он же не попытался даже разъяснить членам Госсовета то, что здесь допускается попрание Конституции. В конце концов, он мог восстать, отказаться участвовать в этой позорной, предательской сделке. И если уж говорить о преднамеренности поступков, то последующее поведение Горбачева ее подтверждает. Ведь по его указанию вскоре будут заключены дипломатические отношения СССР с Латвией, Литвой, Эстонией. Здесь он решения принимал единолично.

К сожалению, так уж у нас повелось, что о серьезных ошибках, глубоких просчетах и беззаконии наших государственных лидеров, об их ответственности за нанесенный огромный неисчислимый ущерб обществу, народу мы начинаем говорить тогда, когда эти лидеры уходят в небытие.

А надо ставить вопрос об ответственности сейчас, при их жизни, чтобы хоть как-то избежать потерь или уменьшить их.

Вот почему я не только возбудил дело в отношении Горбачева, но и сделал его достоянием широкой общественности. К сожалению, расследование не состоялось по вине бывшего Генерального прокурора СССР Трубина. Но я глубоко убежден, пройдет не так уж много времени, и еще возбудят дело против Горбачева М. С., его клики, нынешних российских разрушителей. Суд истории само собой, но кроме него должен состояться правовой суд: за кровь и слезы русских, осетин, армян, азербайджанцев и других, за унижение и надругательство над некоренным населением в Молдове и Прибалтике, за утрату территорий, за развал экономики, за бедственное положение простого народа.

Горбачев ушел со своего поста, как он заявил, в силу сложившейся ситуации по принципиальным соображениям. Его заявление − верх лицемерия и цинизма. О каких принципиальных соображениях идейных расхождениях можно вести речь, если их просто нет. Он ушел в силу того, что оказался ненужным, изжившим самого себя на посту государственного деятеля. Ушел один из предателей, время выгонит с исторической арены и других.

Испив всю горькую чашу до дня, мы, россияне, с тревогой смотрим в будущее своей страны.

Россия повторяет многие пороки горбачевской перестройки. В первую очередь слепое ориентирование на Запад, слепое копирование его схем, уклада жизни, без учета российской действительности, пресмыкание перед ним, что неизбежно приведет к раковой опухоли на теле нашего общественного организма.

По прошествии многих лет с момента возбуждения мною уголовного дела в в отношении Горбачева меня нередко спрашивают: “Не ошибся ли я тогда и повторил бы свой шаг, если бы имел сейчас на то полномочия?”.

Время, на мой взгляд, подтвердило мою правоту. Пространство бывшего СССР переполнено человеческим горем и страданиями, залито кровью и полыхает огнем национальных распрей и междоусобиц. Это все плоды и последствия губительной горбачевской перестройки, подхваченной и продолженной авантюрным и бездарным политиком Б. Ельциным и его последователями.

И если я возбуждал уголовное дело только по одному эпизоду антиконституционных, преступных деяний Горбачева, то потом их выявлено множество, вполне конкретных, осязаемых и подпадающих под действие Уголовного кодекса.

Если говорить коротко, то это одностороннее уничтожение в 1987 году наших высокоточных и малоуязвимых оперативно-тактических ракет СС-23. Уничтожение состоялось в ущерб СССР на основании договоренностей, достигнутых между американцами и Горбачевым с Шеварднадзе. В 1990 году они передали США 51 тыс. кв. километров акватории в Беринговом море. В результате этого СССР потерял важный стратегический район, 10 процентов от всего улова ценных пород рыбы в стране.
Само соглашение Горбачев и Шеварднадзе пытались скрыть от Верховного Совета СССР.
В апреле 1991 года Горбачев получил от бывшего президента Южной Кореи Ро Дэ У чек на сумму 100 тыс. американских долларов, которые были изъяты в августе 1991 года следователями прокуратуры при осмотре его кабинета в резиденции президента. Моя оценка – это ничто иное, как взятка.

Перечень опасных деяний Горбачева можно было бы продолжить, однако и приведенных примеров вполне достаточно, чтобы оценить вою пагубность его правления. И не только пагубность правления, но и мерзость, бесстыдство самой личности Горбачева, давно утратившего способности к реальной оценке собственных поступков.

А ведь он, несмотря на это, опять предлагал себя в вожди нации, в хранители Отечества. Избавь Бог от таких «спасителей».

Заслуженный юрист России.
В.И. Илюхин.

Ответить